О кедре, акации и яблоке

Можно ли считать священные тексты историческим памятником, в котором отражены реальные события, даты, страны, люди? Или это лишь смелая фантазия тех, кто утверждает о божественном происхождении нашего мира?

Что и говорить, мир сегодня, как и раньше, разделен на тех, кто ратует за науку или поддерживает религию. Но почему наука и религия должны до сих пор противостоять друг другу? Разве не плодотворнее использовать накопленные человечеством знания во всех их проявлениях?

С этой точки зрения, а ее придерживаются и сотрудники кафедры ботаники Одесского национального университета им. И.И. Мечникова, Библия является бесценным источником знания.

— Еще со времен великого голландского философа и натуралиста Бенедикта Спинозы практикуется научное, историко-филологическое исследование библейского текста, — рассказывает доцент кафедры ботаники биологического факультета ОНУ им. И.И. Мечникова Владимир Немерцалов. — В 1745 — 1747 годах учитель знаменитого систематика Карла Линнея Улоф Цельсий (знакомая фамилия, не правда ли? Но отнюдь не ему, а его племяннику Андерсу Цельсию мы обязаны существованием современной шкалы градусов) написал и выпустил два тома книги под названием «Священная ботаника».

Проанализировав священные тексты, Линней сумел подсчитать, что в них упоминается более ста двадцати растений. Ученый попытался найти им соответствия — как во флоре Палестины, так и других регионов земли.

Задача не из простых, если припомнить, что с того времени прошли тысячи лет. Но тем интереснее полученные результаты. Ведь в повседневной жизни, часто сами того не замечая, мы сталкиваемся с цитатами-отсылками к священным текстам различных религиозных направлений. Речь идет не только о Библии, но и о Коране, Ведах, Талмуде.

Немалую работу в этом направлении проделали и ученые кафедры ботаники биологического факультета Одесского университета.

— В данном случае цитаты-отсылки ботанического плана дают нам прекрасную возможность уточнить детали быта и образа жизни населения тех времен. Для примера возьмем одно из самых простых и часто встречающихся упоминаний — кедровые орешки. Это часть рациона, богатая жирами и минеральными веществами пища. И кажется, чем она может быть интересна? Однако вдумайтесь, с каким деревом ассоциируются у нас кедровые орешки? — задает Владимир Немерцалов вопрос с подвохом.

В самом деле, мы знаем, что кедровые орешки получают из шишек кедра. А кедр растет не далее как в … Сибири! Что же это получается: на территории Палестины в те далекие времена росли могучие сибирские кедры? А может, территория современной Сибири была той самой упоминаемой в исторических текстах Палестиной? Какие богатые возможности в стиле альтернативной истории открываются — дух захватывает!

Но, увы — стоит только проявить немного исследовательской аккуратности, как чудесное открытие развеивается в прах!

— На самом деле кедровые орешки не имеют к кедру никакого отношения, — улыбается Владимир Немерцалов. — Если вы рассмотрите шишку кедра, то увидите — все, что в ней есть, лишь сухие плоские семена, из которых в будущем должны вырасти другие могучие кедры. И никаких орешков.

Есть другое растение — кедровая сосна, вот ее-то семена мы и употребляем под названием кедровых орешков.

Но отчего происходит путаница? Оказывается, все достаточно просто. В Сибири растет дерево, которое в свое время напомнило ее покорителям библейский кедр. Так и появилась на свет кедровая сосна, русский северный кедр, в шишках которого можно найти исключительно полезные вкусные орешки.

Собственно же кедр древнесредиземноморский рос по берегам Средиземного моря (напомним, что оно было гораздо обширнее, чем его современный аналог) на всем протяжении до Гималаев. Потом климат стал меняться, и кедр как вид разделился на несколько — гималайский, атласский, ливанский и другие.

Вот еще один любопытный пример. В Писании упоминается, что Ковчег Завета (ковчег, в котором хранились каменные Скрижали Завета с Десятью заповедями) сделан из древесины акации. Но погодите гордиться — белопенный символ Одессы не имеет к библейским временам никакого отношения. В нашем быту мы называем акацией совсем другое растение.

Палестинская же акация, хотя и отдаленно, но напоминает растущую в дикой природе акацию желтую, или карагану. Карагана древовидная сегодня стала уже редкостью и занесена в Красную книгу Украины. Что поделать — ей мила засушливая обстановка и особый воздух степи, а степей, как свидетельствуют специалисты, становится в Украине все меньше.

Визитная карточка Одессы акация белая — американка, проделала к нам долгий путь через Европу. Сначала была завезена во Францию и Испанию, а потом уже, стараниями Иосифа де Рибаса и Армана де Ришелье, высажена и акклиматизирована на одесском побережье. Зовется она на латыни — робиния псевдоакация. Имя (то есть род) робиния присвоена растению в честь французского ботаника Робена. Смысл вида (ложноакация) становится теперь также понятным.

Так, сталкиваясь с самыми обыденными вещами, описываемыми в священных книгах, можно сделать немало интересных открытий.

— Когда встречаешь в библейском тексте цитату, например, из книги Песнь песней Соломона: «Что лилия между тернами, то возлюбленная моя между девицами» — невольно задумываешься об ее интерпретации в ботаническом смысле. Потому что наши лилии, то есть те растения, которые мы привыкли называть лилиями, в терновнике не растут, — рассуждает Владимир Немерцалов. — И становится понятно, что речь идет о других растениях. Мир непросто устроен, он как луковица: снимешь с него покровы — и увидишь нечто иное. Как сказано в сонетах Шекспира, «пусть наша память, пробежавши вспять пятьсот кругов, что солнце очертило, сумеет в древней книге отыскать запечатленный в слове лик твой милый». Шекспир обращается к возлюбленной, мы к растениям — как к источнику информации о растительном мире на Земле.

Действительно: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам».

Коснемся самого драматического момента библейских сказаний, того, где Ева предлагает Адаму запретное яблоко. Слово «яблоко» в данном контексте вошло в европейскую традицию и стало распространяться благодаря латинскому, а затем английскому переводу. В Книге Бытия никакое яблоко не упоминается. В тексте написано просто — плод, фруктис (fructis). Здесь некоторым образом присутствует игра слов. Дело в том, что на латыни яблоко — малум (malum), а зло — малус (malus). Плод зла, добро и зло. Так яблоко стало олицетворением плода искушения. Хотя многие исследователи считают, что в действительности это был южный плод гранат, по внутренней структуре некоторым образом похожий на человеческий мозг. Есть версии и об орехе, но никак не о яблоке. Если же мы обратимся к другим священным источникам, например, к Корану, то в нем упомянуто, что в те далекие времена пшеница росла на деревьях и Иблис (аналог змея-искусителя) соблазнил Еву попробовать плоды пшеницы.

Вообще степень ответственности переводчика огромна. Но парадокс заключается в том, что на самом деле переводчик в те времена не мог отвечать за точность. Стоит упомянуть еще об одном древнем правиле. Оказывается, переводчикам, а это касается в первую очередь тех, кто переводил тексты с иврита, запрещалось оглядываться назад, перечитывать переведенные страницы. Считалось, что мастер переводит «сердцем» и не должен искажать то, что почувствовал вначале. Выходит, что текст переводился по смыслу, и, естественно, в перевод закрадывались неточности. То есть если переводчик не знал такого растения или не видел его вокруг себя, то он использовал любое название, которое считал подходящим по смыслу.

Вернемся к цитате из Песни песней, которую уже приводили. В английском переводе текста вместо лилии упоминается роза.

— Это касается названий многих растений, — объясняет Владимир Немерцалов. — Так, растение, которое в русском переводе дается как дрок, в английском и украинском обозначает можжевельник. Или, скажем, дерево гофер, из которого был сделан Ноев ковчег. По смыслу перевода — это нечто смолистое, кипарисовое или кедровое дерево. Однако в монастыре на горе Арарат желающим показывают иву, которая выросла из доски ковчега. Так что такое гофер — кедр, ива, может быть, какое-то другое смолистое дерево? Слова с течением времени меняют свой смысл, и очень важно для нас уловить их первоначальное значение и воссоздать картину древнего мира. Так мы лучше сможем понять окружающую нас природу.

Проект одесских ученых очень интересен и находится пока в самом начале своего развития. Исследователям хотелось бы привлечь к нему как можно больше экспертов, как минимум, греков и израильтян, чтобы попытаться проверить тексты священных книг на языке первоисточников.

Рассчитывать на многое сейчас, по прошествии стольких веков, не приходится, ведь наверняка большую часть доставшегося нам рукописного наследия невозможно будет интерпретировать с достоверной точностью. Однако ученые не унывают. Ведь не даром говорят, что древние артефакты открываются тогда, когда приходит их время.

Елена АНТОНОВА.http://yug.odessa.ua/index.php/home/arc/2942.html

Добавить комментарий